глава девятая

ОБРАЗ ХРИСТА

Все придем в Единство веры и Гнозиса Сына Божия, в мужа совершенного, в меру полной плеромы Христовой.

Ап. ПАВЕЛ. Послание к Ефесянам.(1)

Христианский мифический цикл: аллегорическая драма в трех действиях

Архетипная Плерома Спасение Софии Христом
Космическая Кенома Спасение Ахамот Логосом
Человеческая Мир Спасение Марии Магдалины Иисусом

Христианский мифический цикл - это история поиска Гнозиса. Это выдающийся рассказ о стремлении Тайны Бога познать самое себя, что отзывается в нас стремлением постигнуть собственную сущность. Это великая аллегория посвящения, три действия которой преподносят три одинаковых основных мотива на трех уровнях - архетипическом, космическом и человеческом. На первом из них Христос спасает Софию. На втором Логос, или Христос, спасает Ахамот. На третьем, человеческом, Иисус, воплощение Христа/Логоса, спасает Марию Магдалину. Именно здесь драма подойдет к концу. Лишь когда все семена, пребывающие в невежестве, постигнут Гнозис, завершится путь, начатый Тайной, преобразившейся в Сознание.

Поиски Софией ее происхождения и сущности, а также ее встреча с собственным невежеством и страхом формируют архетипический шаблон психического посвящения. На этом этапе, как и София, мы с оптимизмом намереваемся постичь Тайну, но скоро обнаруживаем, что знаем крайне мало и боимся очень многого. Птолемей утверждает, что на первый взгляд духовный поиск Софии мотивирован ее любовью к Первоотцу, которого она ищет, но в действительности на это ее толкает страх, вызванный недостатком Гнозиса.(2) Также и наш духовный поиск может показаться вызванным нашей любовью к Богу и Истине, хотя на самом деле мы просто боимся, потому что не знаем, кто мы такие и в чем смысл жизни. Без понимания врожденного Единства всего сущего мы потеряны, одиноки, уязвимы и испуганы.(3) Именно это и толкает нас на духовный путь.

На архетипическом уровне София в плероме Крестом отделена от своих невежественных «мыслей и эмоций», которые формируют видимый космос. Это архетип пневматического этапа, на котором посвященные учатся отличать свою сущность от внешнего проявления. На человеческом уровне с этим мотивом перекликается распятие Иисуса, которое также олицетворяет пневматический этап посвящения. Христос открывает Софии, отделенной от невежества, Гнозис, и она вместе с другими эонами плеромы сливается воедино с Христом. Таким же образом, постигая Гнозис, посвященные пробуждаются ото сна отделенности и постигают свою общую истинную сущность, символом которой является Христос.

На космическом уровне Ахамот проделывает такой же путь посвящения в кеноме, что и София в плероме. Христос пробуждает Ахамот от духовного сна, что олицетворяет необъяснимое мгновение, когда посвященные впервые сталкиваются с чем-то запредельным для их обычного восприятия и мельком видят более широкую реальность. Следующие за этим метанойя и духовный поиск олицетворяют психический этап. Затем Христос отделяет сущность Ахамот от ее невежественных страстей, как это уже произошло с Софией, что снова символизирует пневматический этап.

Христос в ипостаси Логоса преображает невежество Ахамот в психофизический космос, в котором семена Сознания, ограниченные видимым, могут прийти к постижению Гнозиса. Это позволяет разыграть архетипическую драму посвящения на человеческом уровне, что олицетворяет история об Иисусе, спасителе психических посвященных и идеальный пример для посвященных пневматических. Аллегорическое повествование об Иисусе и Марии перекликается с моделью посвящения, разыгранной на архетипическом уровне Христом и Софией в плероме.

Христианский мифический цикл поясняет, зачем Иисус должен прийти к нам на помощь и кто он такой. Птолемей учит: «Космос был создан и спаситель пришел на этот уровень, чтобы спасти психе».(4) О каком бы уровне ни шла речь - архетипическом, космическом или человеческом, смысл этого цикла заключается в спасении души, той части Сознания, которая отождествила себя с видимым. Иисус является образом, или воплощением архетипического Христа и приходит, чтобы исполнить его миссию: избавить семена духовной сущности, потерянные в мире видимостей.

Именно это имеет в виду Павел, когда пишет, что Иисус - «плерома», что «плерома из Него, Им и к Нему», что «в Нем плерома Божья»,(5) что «благоугодно было [Отцу], чтобы в Нем обитала полнота плеромы»,(6) что через Гнозис «превосходящей разумение любви Христовой» и мы также сможем «исполниться всею плеромою Божиею».(7) Он восхищенно добавляет, что в конце все мы постигнем Гнозис «плеромы Христовой».(8) (Под «плеромой» разумеется «вся полнота Божья». (Прим. ред.))

По словам Птолемея, Иисус сливается с архетипом Христа во время крещения, когда в евангельском повествовании голос Божий вещает с небес: «Сей есть Сын Мой возлюбленный, в Котором Мое благоволение»,(9) а на него спускается Святой Дух в виде голубя.(10) Из христианского мифического цикла нам известно, что Святым Духом называли Богиню. Гераклеон и Птолемей утверждают, что голубь символизирует «Софию, верхнюю Мать».(11) Голубь был широко распространенным символом Богини в античном мире и был позаимствован христианами как символ Марии.(12) Христиане офитской школы учат, что во время его крещения, «Христос и София в объятиях друг друга снизошли на Иисуса, и он стал Иисусом Христом».(13) Все мы являемся отображениями Христа, но Иисус олицетворяет идею идеального образа: человек, воплотивший вселенское Сознание, представленное Христом, а также совершенную психе, представленную спасенной Богиней. Поэтому Павел называет Иисуса «Божией силой и Божией Софией».(14) Он приходит, чтобы исполнить миссию Христа и Софии/Ахамот - привести все заблудшие семена Сознания к Гнозису.

Предыдущая | Оглавление | Следующая