Коцебу. Экспедиция на «Рюрике». Открытия в Микронезии

«Надежда» и «Нева» были истинными плавучими академиями, и экспедиция И.Ф. Крузенштерна и Ю.Ф. Лисянского открыла эпоху русских кругосветных плаваний, которые оказали огромное влияние на ход географических открытий в Тихом океане.

Между Русской Америкой и Балтикой в первой половине XIX в. установились постоянные морские связи, и обе великие морские дороги — путь в обход мыса Доброй Надежды и путь мимо мыса Горн — стали трассами русских кругосветных и «полукругосветных» плаваний. С 1803 по 1866 г. предпринято было сорок пять таких экспедиций, из них двадцать восемь кругосветных.

Первое после Крузенштерна и Лисянского открытие в Океании связано с именем выдающегося мореплавателя Михаила Петровича Лазарева. Назначенный в двадцатипятилетнем возрасте командиром корабля «Суворов» Российско-Американской компании, М.П. Лазарев вышел в октябре 1813 г. из Кронштадта, обогнул мыс Доброй Надежды, дошел до Австралии и, следуя из Порт-Джексона к Гавайским островам, в конце сентября 1814 г. открыл под 13°10' ю.ш. и 163°10' з.д. группу из пяти мелких необитаемых коралловых островков, которая получила название острова Суворова. Это был изолированный атолл в северной группе островов Кука, до той поры неизвестный мореплавателям.

М.П. Лазарев шел через Южные моря транзитом, целью его экспедиции была Русская Америка. Но в 1815 г. в Океанию была послана специальная экспедиция для исследования морей и земель этой части земного шара, организованная на частные средства графа Н. П. Румянцева, государственного деятеля и мецената. Во главе этой экспедиции поставлен был участник кругосветного плавания Крузенштерна лейтенант Отто Евстафьевич Коцебу.

О.Е. Коцебу

Экспедиции Коцебу поручалось, во-первых, отыскать западное начало Северо-Западного прохода, ради чего надлежало обследовать моря, омывающие северные берега Аляски, в которых после Кука никто еще не плавал, во-вторых, уточнить положение ряда островов в тропической части Тихого океана и, в-третьих, провести в ходе плавания различные научные наблюдения. Специально для экспедиции построен был небольшой (180 т) бриг «Рюрик». Старшим офицером был назначен Г.С. Шишмарев. И О.Е. Коцебу и Г.С. Шишмарев были отличными моряками с опытом дальних плаваний, моряками-исследователями, великолепно подготовленными для руководства научной экспедицией в тропических и полярных морях.

В Копенгагене О.Е. Коцебу взял на борт натуралиста Альберта (или Адальберта) Шамиссо. Сын французского эмигранта Шамиссо с детских лет жил в Пруссии и прошел курс естественных наук в Берлинском университете. К 1815 г. он приобрел широкую известность как автор замечательной поэмы в прозе «Петер Шлемиль», в которой описывалась трагическая судьба человека, продавшего свою тень.

Этот франко-немецкий поэт-натуралист в ходе экспедиции не только вел ботанические и зоологические наблюдения, но и неутомимо собирал сведения о языках, культуре и обычаях народов Океании, причем, обладая феноменальными лингвистическими способностями, он очень быстро овладевал живой речью островитян. Помимо Шамиссо в работах экспедиции принимали участие натуралист И.И. Эшшольц и художник Л.А. Хорис.

«Рюрик» вышел из Кронштадта 30 июля (по новому стилю) 1815 г. и проследовал к берегам Чили в обход мыса Горн. 12 февраля 1816 г. О.Е. Коцебу ввел корабль в чилийскую гавань Консепсьон и 8 марта вышел оттуда в открытый океан в поисках мифической Земли Девиса. 28 марта «Рюрик» отдал якорь у берегов острова Пасхи.

Местные жители встретили мореплавателей с крайним недоверием, причины которого Коцебу узнал впоследствии на Гавайях. За одиннадцать лет до визита «Рюрика» американское китобойное судно «Нэнси» явилось на остров Пасхи. Капитан этого судна, Крозер, силой захватил свыше двух десятков островитян и заковал их в цепи. Он намерен был перевезти пленников на острова Хуан-Фернандес. Три дня спустя после ухода с острова Пасхи оковы были сняты; тогда все пленники-мужчины бросились в море, надеясь вплавь добраться до родного острова. Крозер оставил их на произвол судьбы, а взятых в плен женщин перебросил на далекие острова Хуан-Фернандес. Естественно, что после этого злодеяния жители острова Пасхи стали проявлять весьма неприязненное отношение ко всем чужеземным гостям.

Вступив в начале апреля 1816 г. в воды архипелага Туамоту, Коцебу 16 апреля подошел на 15°11' ю.ш. и 138°47'7" з.д. к атоллу, который он с некоторыми колебаниями счел островом Хонден (местное название Пукапука), ровно за двести лет до этого открытым Схаутеном и Ле-Мером. Этот остров Коцебу назвал Сомнительным. 20 апреля открыт был на 14 57 20 ю.ш. и 144°20'30'' з.д. остров, названный в честь Н. П. Румянцева. Это был атолл Тикеи, у которого, возможно, побывал Роггевен в мае 1722 г. 22 апреля на 14°41' ю.ш. и 144°59'20'' з.д. был замечен атолл, который Коцебу в честь своего прежнего начальника адмирала Спиридова назвал островом Спиридова. То был атолл Такапото, у берегов которого в мае 1722 г. Роггевен потерял корабль «Африкансхе Галее» и который в 1765 г. Байрон назвал островом Кинг-Джордж.

Посетив открытые в 1773 г. Куком острова Паллисера, Коцебу 23 апреля открыл цепь коралловых островков, которую он назвал цепью Рюрика (15°11'—15°30' ю.ш. и 146°32'—146°50' з.д.). Это была гряда атоллов Арутуа, до плавания Коцебу не нанесенная ни на одну карту. 25 апреля была открыта группа соединенных рифами коралловых островков (центр ее находился на 15°0' ю.ш. и 148°41' з.д.), которую Коцебу назвал островом Крузенштерна. Остров Крузенштерна (местное его название Тикахау) впервые был открыт Коцебу. Покинув архипелаг Туамоту, Коцебу направился на запад, прошел 30 апреля мимо группы островов Пенрин, открытой Севером в 1788 г. Здесь состоялась встреча с островитянами (Коцебу подробно описал их внешний вид и нравы).

Карта островов Румянцева, составленная О.Е. Коцебу. Из книги О.Е. Коцебу «Путешествие в Южный океан и в Берингов пролив… на корабле «Рюрик». Увеличить (в отдельном окне)

Затем Коцебу направился к Маршалловым островам. В ту пору этот обширный архипелаг был еще мало обследован. Сбивчивые данные испанских мореплавателей XVI в. в начале XIX в. неведомы были географам, а на карте Эрроусмита острова, в свое время открытые Маршаллом и Деннетом, были положены весьма неточно. Коцебу прошел через этот архипелаг в самой западной его части и открыл здесь 21 мая 1816 г. две группы атоллов, которые получили название островов Кутузова (местное название Утирик) и Суворова (местное название Така). Атоллы были обитаемы. Хотя, по всей вероятности, острова эти видел Сааведра (о чем Коцебу не мог знать, ибо описания участников экспедиции Сааведры опубликованы были только во второй половине XIX в.), честь открытия их по праву принадлежит рюриковцам: именно они первые положили на карту эти коралловые островки, лежащие на северо-западной окраине Маршаллова архипелага.

Затем Коцебу направился к берегам Камчатки. Обследовав берега Берингова пролива и Алеутские острова, осенью 1816 г. он прошел в Сан-Франциско, а оттуда снова повел «Рюрик» в Южные моря.

Второй рейс Коцебу в воды Океании далеко превзошел по своему значению его первое плавание. Сперва Коцебу посетил Гавайские острова, где пробыл со 2 ноября по 14 декабря 1816 г. На Гавайях русские моряки были тепло приняты королем Камеамеа в его «Соломенном дворце».

Покинув Гавайские острова, Коцебу направился к Маршалловым островам и в январе и феврале 1817 г. открыл и положил на карту цепь островов Радак в юго-западной части этого архипелага.

Первым был открыт в день Нового года остров Меджит (Коцебу назвал его островом Нового Года). Затем, следуя к югу, 4 января Коцебу открыл группу атоллов, названную им островами Румянцева (местное название Вотье). На этом коралловом кольце, состоящем из шестидесяти пяти островков, экспедиция пробыла больше месяца.

Островитяне, которые, к счастью для себя, не испытали еще «прелестей» общения с британскими, испанскими и американскими мореплавателями, с необыкновенным радушием встретили русских гостей. И местный вождь Рарик, и пожилой островитянин Лагедиак, который добровольно принял на себя обязанности гида, и друг лейтенанта Шишмарева Лангин сообщили морякам множество ценнейших сведений о соседних островах.

«Я упросил,— пишет Коцебу,— Лагедиака начертить и другую группу островов, именуемую им Эрегуп (Эрикуб); он сделал круг, состоящий из семнадцати островов, и обозначил несколько . проходов под ветром, потом указал на О и объяснил, что если отплыть отсюда с восходом солнца, то к заходу уже можно там быть». Этот же островитянин на прибрежном песке составил из камней наглядную схему всей западной части Маршаллова архипелага и указал, под каким румбом лежат ближние и дальние острова цепи Радак.

Опираясь на полученные опросные сведения, Коцебу решил обследовать соседние группы островов. 7 февраля 1817 г. он покинул кольцо Вотье и направился на юг. В тот же день открыта была группа атоллов Эрикуб, названная островами Чичагова, а 10 февраля «Рюрик» подошел к атоллам Кавен, или Малоэлап (Коцебу назвал эту группу островами Аракчеева), лежащим к юго-востоку от Эрикуба, где островитяне" чрезвычайно гостеприимно встретили русских мореплавателей. Вождь острова Кавен Лабелеоа, общительный и добродушный гигант, посоветовал Коцебу отправиться на лежащий сразу же к югу остров Аур, куда «Рюрик» и прибыл 24 февраля. На Ауре состоялась знаменательная встреча с уроженцем Каролинских островов — Каду. Этот тридцатилетний островитянин оказал экспедиции столь же большие услуги, как в свое время Тупиа Куку и его спутникам.

Каду. Из книги О.Е. Коцебу «Путешествие в Южный океан и в Берингов пролив… на корабле «Рюрик»; рис. Л.А. Хориса

«Каду,— пишет Коцебу,— родился на острове Улле (Улеи), принадлежащем Каролинским островам, отдаленным отсюда по крайней мере на 1500 английских миль к W. Он оставил Улле с Эдоком и двумя другими дикарями на снабженной парусом лодке, намереваясь заняться рыбной ловлей у одного отдаленного острова; жестокий шторм занес этих несчастных в неизвестные места; они целых восемь месяцев блуждали по морю и наконец в самом жалком положении привалили к о. Аур. Самое замечательное в этом путешествии то, что оно совершено против NO пассата и поэтому должно обратить на себя особое внимание тех, которые полагают, что заселение островов Южного моря шло от W к О. Каду рассказывал, что они все время шли под парусами, как только позволял ветер, и лавировали против NO пассата, полагая, что находятся под ветром своего острова; поэтому понятно, что они этим способом прибыли к Ауру. Время они исчисляли по луне, связывая при каждом новолунии узел на назначенной для того веревке. Так как море изобилует рыбой, а у них имелись нужные для рыбной ловли снасти, то они менее страдали от голода, чем от жажды; хотя они не упускали ни одного случая собрать про запас дождевую воду, однако часто терпели недостаток в пресной воде. В таких случаях посылали Каду, как искусного водолаза, с кокосовой скорлупой, имевшей малое отверстие, на глубину моря, где вода менее солона; но если это средство и смягчало нужду в воде, то, вероятно, было причиной крайнего истощения людей.

Когда они увидели о. Аур, то вид берега уже не радовал их — до такой степени притупились их чувства. Давно уже не имели они паруса, лодка была предоставлена на произвол ветра и валов, и они спокойно ожидали смерти, когда жители Аура поспешили на нескольких лодках на помощь несчастным и перетащили умирающих на берег. В это время «тамона» [вождя] на острове не было, имевшиеся у несчастных железные предметы искусили спасителей, которые собрались их умертвить, чтобы разделить между собой добычу, но в это время подоспел «тамон» о. Аура — Тигедиен и спас им жизнь. Впоследствии Каду предложил своему избавителю все свое богатство, но этот последний великодушно отказался принять его и взял только какую-то малость, а своим подданным угрожал смертью, если они причинят какую-либо обиду этим бедным чужестранцам.

Каду со своими товарищами поселился в жилище Тигедиена, который по-отечески заботился о нем и полюбил его за природный ум и доброту сердца. По его исчислению, прошло уже три-четыре года со времени его прибытия сюда. Когда наш корабль прибыл сюда, то здешние жители поспешно призвали Каду, занимавшегося в лесу, ибо от него, как от человека, много путешествовавшего и умного, они ожидали получить объяснение этого чудесного явления. Он уже прежде рассказывал им о кораблях, которые хотя и бывали у Улле, но ему были известны только по слухам; он даже назвал двух людей — Луи и Мармола, пришедших с большого острова Британии. Будучи настроен в пользу белых людей, он уговаривал островитян отправиться на корабль, чему они сначала противились, поскольку верили, что белые люди едят черных.

Для нас осталось загадкой, откуда взялось такое мнение, так как, кроме древнего предания, что в незапамятные времена мимо группы Кавен прошел большой корабль, они не имели никакого понятия о европейских кораблях, за исключением того, что им сообщил Каду. Наконец его обещание наменять для них железа побудило их отправиться на корабль, а он, как читателям уже известно, остался у нас».

Каду изъявил желание принять участие в плавании и в дальнейшем сопровождал Коцебу в рейсе на Алеутские острова и затем возвратился на Маршаллов архипелаг. Он очень быстро обучился русскому языку, и с его помощью Шамиссо освоил различные микронезийские диалекты.

Присвоив атоллу Аур название острова маркиза де Траверсе, Коцебу 28 февраля направился к северу и прошел мимо атоллов Вотье к группе атоллов Аилук, которая на карте Коцебу получила название островов Крузенштерна. На этих островах престарелый вождь Лангемуи объяснил Коцебу, что к западу от островной цепи Радак протягивается цепь островов Ралик, состоящая из девяти больших групп и трех отдельно лежащих островов. Лангемуи называл цепью Ралик скопление островов в западной части Маршаллова архипелага, к которой относятся группы атоллов Аилингине, Вото и Кваджелейн.

Поскольку близилось лето, сезон, благоприятный для плавания в северотихоокеанских водах, Коцебу решил отложить до осени обследование цепи Ралик и в середине марта направился к Уналашке. Из Уналашки 18 августа 1817 г. Коцебу снова вернулся на юг, вторично посетил в конце сентября и начале октября Гавайские острова и 30 октября 1817 г. привел «Рюрик» к группе Вотье. В ноябре 1817 г. Коцебу прошел через Маршаллов архипелаг с востока на запад и составил опись группы атоллов Ликиеп (названной островами графа Гейдена). Поскольку корабль нуждался в ремонте, Коцебу не стал разыскивать острова цепи Ралик и направился через Гуам в Манилу, куда прибыл 16 декабря 1817 г. В августе 1818 г. Коцебу возвратился в Кронштадт.

В исследование Микронезии Коцебу и его спутники внесли ценнейший вклад, и по своему значению плавание на «Рюрике» смело можно сравнить с полинезийскими походами Кука. В сущности только после экспедиции на «Рюрике» восточные группы Маршалловых островов были точно привязаны к карте и выяснилось их взаимное положение в коралловом лабиринте этого архипелага.

Маршруты Крузенштерна и Лисянского, Лазарева, Коцебу. Из «Атласа истории географических открытий и исследований». 1959 г.. Увеличить (в отдельном окне)

Совершенно справедливо И.Ф.Крузенштерн писал в 1823 г.: Коцебу «неоспоримо принадлежит честь, что он первый познакомил нас с их [Маршалловых островов] истинным положением, чего, к сожалению, не сделали его предшественники».

Но этим далеко не исчерпываются итоги экспедиции. Коцебу и Шамиссо дали первое научное описание Маршалловых островов и их обитателей, описание, основанное на длительных и всесторонних наблюдениях. Оба они были основоположниками микронезийской этнографии, и их данные о хозяйственном укладе, обычаях, языках, религии и общественном строе островитян Маршаллова архипелага сохраняют свое значение до наших дней.

Шамиссо на основании сравнительного анализа языков народов Маршалловых, Каролинских, Марианских островов и островов Полинезии пришел к выводу о тесном родстве всех народов Океании и подкрепил весьма основательными аргументами гипотезы Бугенвиля и Кука об азиатском происхождении океанийцев. На материалах экспедиции Шамиссо совершил биологическое открытие, получившее высокую оценку Чарлза Дарвина,— обнаружил чередование поколений у морских животных сальп. Следует отметить, что Дарвин обратил особое внимание и на некоторые геологические наблюдения Коцебу, и в частности на его гипотезу образования коралловых рифов и островов.

Экспедиция провела разнообразные океанографические исследования; свойства морской воды изучались на глубинах до 900 м. Астроном и физик И.К. Горнер, который в 1803—1806 гг. принимал участие в первом русском кругосветном плавании, обработал океанографические материалы экспедиции, собранные на различных широтах, особое внимание уделив распределению температур и показателей плотности поверхностных вод. Результаты плодотворных работ экспедиции отражены в книге Коцебу «Путешествие в Южный океан… на «Рюрике»», ч. I—III, впервые вышедшей в свет в Петербурге в 1822—1823 гг. и частично переизданной в 1948 г., в многочисленных трудах А. Шамиссо, опубликованных в 1819—1837 гг. в Германии на латинском и немецком языках и в 1823 г. в России, а также в III томе «Путешествия» и в «Зоологическом атласе» (1829 г.), составленном по сборам 1815—1818 и 1823—1826 гг. И.И. Эшшольцем.

Предыдущая | Оглавление | Следующая


Религия

Биология

Геология

Археология

История

Мифология

Разное