Вильялобос и Ортис де Ретес. Открытия у берегов Новой Гвинеи и в Микронезии

Итак, Молуккские острова были потеряны испанцами. Но в Испании и после Сарагосского соглашения усиленно разрабатывали проекты дальнейшего проникновения в Восточную Азию. Путь, проложенный Магелланом, вел к ее воротам. Если бы удалось найти опорную базу в морях Дальнего Востока, то Китай и Япония оказались бы в сфере испанской колониальной экспансии. И, оставив все помыслы о Молукках, организаторы заморских экспедиций всерьез занялись Филиппинами (в то время они назывались островами Сан-Ласаро, или Западными островами).

Правда, Сарагосский трактат отдавал Филиппины Португалии, ведь эти острова лежали к западу от демаркационной линии, проведенной в Тихом океане, но юридические тонкости не слишком беспокоили испанский королевский двор. Поскольку португальцы еще не добрались до Филиппин, надо было ковать железо, пока горячо. В любое дипломатическое соглашение можно внести поправки post factum, и, в случае если бы на Филиппинах уже стояли испанские гарнизоны, Лиссабон, пусть даже и скрепя сердце, согласился бы передвинуть демаркационную линию на несколько градусов к западу. В соответствии с этими планами в 1542 г. в Мексике была снаряжена экспедиция на острова Сан-Ласаро. В состав ее вошло шесть кораблей, и командиром этой флотилии был назначен Руй Лопес Вильялобос.

Ход этой экспедиции описан в отчетах трех ее участников: монаха Херонимо де Санэстевана, коронного агента Гарсиа Эскаланте де Альварадо и итальянца-моряка Джованни Гаэтано.

Вильялобосу предписывалось ввести во владение Испании все земли, которые ему удастся открыть по пути, твердо обосноваться на островах Сан-Ласаро и по возможности не вступать в конфликты с португальцами в водах Дальнего Востока.

1 ноября 1542 г. флотилия отправилась в путь из Мексики. Первым открытием Вильялобоса был архипелаг в 600 км от мексиканских берегов, получивший название островов Ревилья-Хихедо.

25 декабря 1542 г., на пятьдесят пятый день плавания, которому все время благоприятствовали северо-восточные пассаты, показались низкие острова с рощами кокосовых пальм. Санэстеван в своем отчете отметил, что эти острова сочтены были частью архипелага Волхвов, открытого пятнадцать лет назад Сааведрой. Вильялобос, однако, эту группу атоллов назвал Коралловыми островами. На одном из них моряки с большим трудом высадились. Местные жители бежали на каноэ в открытое море, но в зарослях удалось обнаружить группу женщин с детьми. Единственной одеждой женщин были передники из тонких циновок. На острове росли кокосовые пальмы и деревья с несъедобными плодами, похожими на ананасы, и водились куры. 6 января 1543 г. на 9—10° с.ш. в 35 лигах к западу от Коралловых островов был открыт еще один архипелаг. Эскаланте пишет, что десять новооткрытых островов густо поросли зеленью и по этой причине им дано было название Лос-Хардинес (Сады). По всей вероятности, Коралловые острова и Лос-Хардинес — это атоллы в центральной части архипелага Маршалловых островов (атоллы Вотье, Эрикуб, Кваджелейн, Лаэ, Вото и Уджеланг; их координаты 8°30'—10° с.ш.).

Пройдя (по оценке Гаэтано) 280 лиг к западу, экспедиция 23 января 1543 г. открыла на 10° с.ш. небольшой густонаселенный остров. Высадиться здесь не удалось, но эту неудачу искупила встреча с островитянами, которые подошли к кораблям на своих каноэ. Островитяне складывали руки крестом и радостно кричали: «Buenos dias, matelotes!» — «Добрый день, матросы!» Тремя днями позже был открыт больший остров, окруженный непроходимым поясом рифов. У этого острова местные жители приветствовали испанцев теми же словами. Возможно, что это были острова Фейс и Яп на западной окраине Каролинской гряды.

Ни Магеллан, ни участники экспедиций Лоайсы и Сааведры не посещали этих островов; а между тем местные жители приветствовали испанцев на родном языке заморских гостей. Очень возможно, что островитяне подобно жюль-верновскому Паганелю «беседовали» с испанцами на португальском языке. На Фейсе и Япе, вероятно, побывали в 1525 г. португальцы Дьогу Роша и Гомиш ди Сикейра. Португальские источники XVI в. вскользь упоминают об экспедиции, посланной с Молуккских островов под командой этих мореплавателей в сторону Филиппин, и об открытии нескольких островов под 9—10 с.ш., причем один из них, судя по описанию, соответствует острову Яп.

Высадившись в начале февраля на острове Минданао, Вильялобос основал там поселение, но вскоре колонисты очутились в крайне тяжелом положении. Их косили болезни, местные жители относились к ним весьма враждебно, и продовольствие приходилось добывать с боем.

Вильялобос направил в августе 1543 г. в Мексику корабль «Сан-Хуан» под командой Бернардо де ла Торре. В отчете вице-королю Новой Испании (Мексики) Вильялобос впервые назвал острова, на которых он обосновался, Филиппинскими в честь сына Карла V принца Филиппа (впоследствии испанского короля Филиппа II). Де ла Торре, дойдя до 30° с.ш., вынужден был из-за противных ветров возвратиться на Филиппины. Он открыл несколько островов на 16,17 и 25 с.ш. На самом северном из них был действующий вулкан. Очевидно, первые два острова — это острова Аламаган и Агрихан в Марианской группе, а самый северный — один из островов в группе Волкано, расположенной в 3—4° к северу от Марианских островов. Де ла Торре потерпел неудачу, потому что он пустился в путь осенью, когда севернее Гуама дуют устойчивые северо-восточные пассаты; кроме того, «Сан-Хуан» все время шел против Северного Пассатного течения.

Португальцы на Молукках, узнав, что Вильялобос прибыл на Филиппины, немедленно предприняли меры. Вильялобосу предложено было убраться куда глаза глядят, он отказался, но в конце концов нужда заставила его перебазироваться на Молуккские острова. Отсюда он снова 16 мая 1545 г. послал корабль «Сан-Хуан» в Мексику. На этот раз командиром был назначен Иньиго Ортис де Ретес.

Подобно Сааведре Ортис де Ретес избрал путь, ведущий вдоль берегов «Страны Папуа», и подобно Сааведре же он вышел в плавание в мае, в сезон противных юго-восточных муссонов. Испытывая не меньшие муки и страдания, чем Сааведра, Ретес три месяца шел вдоль берегов огромной земли. Гигантские горные цепи все время тянулись вдоль побережья, непроходимые леса сползали со склонов гор к самому морю. «Сан-Хуан» прошел вдоль берега 230 лиг (около 1300 км), не раз подвергаясь нападениям местных жителей — темнокожих и бородатых людей. Ретес на первом этапе плавания пересек глубоко вдающийся в сушу залив Гелвинк и открыл там в середине июня 1545 г. на 1° ю.ш. множество крупных и мелких островов (вероятно, это были острова Схаутен). Ретес решил, что обитатели «Страны Папуа» чем-то напоминают жителей далекой Гвинеи, и назвал эту огромную сушу (он не имел представления, остров это или часть еще неведомого материка) Новой Гвинеей.

Гарсиа Эскаланте де Альварадо в своем отчете отметил, что местные жители питаются главным образом кокосовыми орехами и саго и что у них нет никаких металлов.

Ретес шел вдоль северного берега Новой Гвинеи, часто отходя довольно далеко на север, и в конце июля открыл острова Ла-Барбада и Ла-Каймана (на рифах Ла-Кайманы островитяне вступили с испанцами в бой, пустив в ход пращи), которые, по всей вероятности, находятся в группе островов Ниниго. К западу от Ла-Кайманы 19 августа 1545 г. открыты были два низких островка, и у берегов одного из них корабль подвергся неожиданному нападению отчаянно смелых светлокожих людей. Они атаковали «Сан-Хуан» на боевых каноэ с высокими надстройками, по типу сходных с соломонийскими монами. Эти острова, названные Ретесом островами Белых Людей (Islas de Hombres Blancos), отвечают по своему географическому положению островам Хермит, самым южным в обширном архипелаге Западных островов, в пределах которого лежит и группа островов Ниниго. От островов Белых Людей Ретес отправился обратно к Молуккам. Таким образом, он не дошел до островов Адмиралтейства, у которых в 1528 и 1529 гг. побывал Сааведра.

Вскоре после неудачной попытки Ретеса испанцев выдворили с Молуккских островов и уже на португальских кораблях доставили в Европу восточным путем (через мыс Доброй Надежды). Эвакуация эта шла очень медленно и завершилась только в 1548 г. Вильялобосу не суждено было увидеть берега Испании. Он умер на Молукках в 1546 г.

Предыдущая | Оглавление | Следующая