Глава IX

«Южная Земля» и Тихий океан, 1600-1800 гг.

1. Предшественники Джемса Кука

Первое крупное путешествие, сделанное в Тихом океане в XVII столетии, имело целью открытие неизвестной земли на юге, которую географы и картографы того времени иногда называли «Южной Землей» (Терра Австралис, от лат. auster — южный ветер). Уверенность в существовании такой земли уходит своими корнями в классическую древность, когда среди географов возникло убеждение в существовании за пределами якобы необитаемых тропиков какой-то земли, что обосновывалось также и теоретически. На исходе этого периода классической древности Клавдий Птолемей нанес эту землю на свою карту мира в виде полоски суши, соединяющей Азию и Африку и простирающейся по всей длине Южного океана. Хотя в первую половину средних веков эти теории древности были поставлены под сомнение или просто забыты,— в эпоху позднего средневековья теория Птолемея возродилась, получила большое влияние, и карты его продолжали воспроизводиться еще много лет спустя после открытия морского пути в Индию.

Однако же, если убеждение в существовании «Южной Земли» было пережитком географии классической древности, во второй половине XVI в. оно получило санкцию множества известнейших географов того времени. Южная Земля совершенно отчетливо фигурирует на карте Ортелия; Меркатор же не только нанес ее на карту, но и заявил, что наличие такого массива суши в южном полушарии совершенно необходимо, чтобы уравновесить соответствующие массивы в северном полушарии. Гипотеза симметрического устройства земной поверхности хотя и не получила всеобщего признания, все же сыграла свою роль в возрождении или развитии древней теории.

Эпоха открытий XV и XVI столетий как будто подтверждала гипотезу о существовании «Южной Земли». Было известно, что Магеллан прошел сквозь пролив и ставился вопрос: а не была ли оставленная им к югу земля этим неизвестным континентом? Дрейк был, по-видимому, послан, чтобы пройти вдоль ее побережья, но сделанные им открытия опровергали существование южного материка. Более поздние путешественники вроде Скоутена, с одной стороны, расширяли поле исследования и в то же время способствовали росту надежд на будущее. Точно так же укрепляли веру в существование «Южной Земли» и открытия Кироса и Янсзона. В связи с этим возникла крупнейшая проблема, требовавшая разрешения: существует ли на самом деле такой континент и если существует, то, что он собой представляет и каковы его размеры.

На поиски этой «Южной Земли» и отплыла 21 декабря 1605 г. из Кальяо экспедиция Кироса и Торреса. Кирос дал Торресу подробные письменные указания о том, каким путем следовать к цели. Торрес должен был итти «..по направлению на ЗЮЗ до 30° ю.ш., а если на этой широте земля не будет обнаружена, повернуть на северо-запад до 10°15' ю.ш.; если и здесь земли не окажется, плыть по этой параллели на запад и искать остров Санта-Крус».

Если Торрес прибудет на место один, он должен оттуда держать курс на Новую Гвинею и, «обойдя всю ее вдоль берега», итти на Манилу. Кирос сам шел означенным путем до 22 января, когда он принял свое роковое решение.

«22 числа,— записывает он,— мы достигли 26° с.ш. со шквалами и дождями с юго-востока и большой волной с юга. В результате этого многие испугались и стали кричать: «Куда нас ведут в этом огромном море в зимнее время?» Сила ветра и волн заставила нас итти на ЗСЗ, пока мы не дошли до 25° с.ш.»

Четырьмя днями позже они завидели архипелаг Туамоту, и с того дня продолжали все время итти в виду его, но лишь 10 февраля достигли острова, на котором были люди: это был Анаа, в 320 км к востоку от Таити. После этого были открыты еще и другие острова, пока 7 апреля Кирос не прибыл на Таумако, входящий в группу Дафф, где вождь поведал ему о существовании «целых шестидесяти островов, а также большой земли, которую он называл Маниколо». Отсюда Кирос повернул на юг и дошел до Новых Гебрид, в виду которых и стал на якорь 1 мая 1606 г. Он принял эти острова за искомую им «Южную Землю», устроил по этому поводу большое празднество и зачитал на нем декларацию, в которой объявлял их от имени испанского короля его владениями.

«… этот залив, именуемый заливом Сан-Фелипе-и-Сантьяго, порт, именуемый Санта-Крус, и территорию, на которой на широте в 15° 10' будет заложен город Новый Иерусалим, а также все земли, что я видел или увижу во всей этой южной области мира вплоть до полюса, каковые, со всеми принадлежащими и прилегающими владениями, да носят отныне название Австралии Духа Святого».

Вблизи протекала река, которую Кирос окрестил Иорданом. Вообще говоря, у Кироса создалось впечатление, что он нашел земной рай:

«Я могу сказать на основании фактов, что нет на свете страны более приятной, здоровой и плодородной; страны, более богатой строительным камнем, лесом, черепичной и кирпичной глиной, нужной для создания большого города, с портом у самого моря и притом орошаемой хорошей, текущей по равнине рекой, с равнинами и холмами, с горными кряжами и оврагами; страны, более пригодной для разведения растений и всего того, что производят Европа и Индия».

По прихоти случая Кирос и Торрес разошлись, и первый направился обратно в Америку, не сделав никаких более важных открытий и в полной уверенности, что он вернется, чтобы закончить начатую работу. Он представил испанскому королю не менее пятидесяти докладных записок, в которых просил разрешения на исследование вновь открытой земли и между прочим писал:

«Из всего сказанного мною неопровержимо вытекает, что имеются два континента, стоящие отдельно от Европы, Азии и Африки. Первым из них является Америка, открытая Христофором Колумбом; вторым и последним на земле — тот, который я видел и который я прошу исследовать и заселить с разрешения вашего величества».

После долгих проволочек ходатайство Кироса было удовлетворено, но в 1614 г. на пути к своим новооткрытым землям Кирос скончался. Самостоятельное исследовательское путешествие Торреса началось у Новых Гебрид с того момента, как он расстался с Киросом. Он поплыл на юго-запад и, не найдя там земли. повернул на ССЗ до 111/2° ю.ш.

«Здесь,— писал он,— я уперся в оконечность Новой Гвинеи, побережье которой тянется с востока на запад… Я не мог итти вдоль восточного берега и поэтому пошел вдоль западного, а потом вдоль южного берега, и все это была земля Новая Гвинея. Пройдя триста лиг вдоль побережья… дальше продвинуться мы не могли из-за многочисленных мелей и сильного течения, так что нам пришлось отойти от берега и повернуть на юго-запад. Там были большие острова, а на юге виднелся еще ряд их… [После двухмесячного плавания], пройдя четыреста восемьдесят лиг, мы остановились в десяти милях от берега. Широта была пять градусов, и лот показал глубину в 25 сажен. Здесь побережье уходит на северо-восток. Я не подходил к берегу, так как у берега много мелей, а поплыл на север… до четвертой параллели… где показался берег, вновь простиравшийся в направлении с востока на запад… Мы поняли, что он является продолжением того, от которого мы отплыли в начале путешествия… Последнюю стадию плавания мы совершили, идя вдоль берега в направлении ЗСЗ… И здесь в этой стране я впервые и увидел железо и китайские колокола, утвердившие нас в уверенности, что мы находимся вблизи Молуккских островов. Мы продолжали плавание вдоль берега».

Торрес достиг Молуккских островов и оттуда поплыл в Манилу, где в июле 1607 г. и написал отчет о своем путешествии.

Экспедиция Кироса и Торреса имеет большое значение. Помимо Новых Гебрид и южного берега Новой Гвинеи они открыли острова Банкса и Даффа и тринадцать других коралловых островов. Им не удалось достичь главной цели их экспедиции, но им принадлежит по крайней мере та честь, что они первыми начали поиски Южной Земли — неизвестной «Терра Австралис».

17. Предшественники Джемса Кука. Увеличить (в отдельном окне)

Предыдущая | Оглавление | Следующая