Глава VIII

Поиски других путей в Азию

1. Через Атлантику

Хотя экспедиции отца и сына Каботов и братьев Кортереалов принесли одни разочарования, западноевропейские государства продолжали посылать суда к восточному побережью Америки как на рыболовный промысел, так и на дальнейшие поиски прохода в Азию. Одним из самых интересных предприятий этого рода было совершенное по заданию французского короля плавание Джованни Верраццано. В 1523 г, он прибыл на остров Мадейру, отплыл оттуда в следующем году и, следуя все время на запад, достиг «новой страны, никем до того ни в старое, ни в новое время не виданной». Точно установить объем открытий Верраццано трудно, но, по-видимому, он исследовал побережье от Нью-Джерси до мыса Код и, вероятно, совершил плавание от Флориды до острова Кап-Бретон. «Целью моего путешествия,— пишет он,— было достигнуть Китая на окраине Азиатского материка. В то же время я боялся, что вновь открытая страна окажется барьером на пути к Китаю, что и подтвердилось на самом деле, но я не сомневался в том, что я пробьюсь сквозь этот барьер и найду проход в восточный океан». Вернувшись, он поведал миру, что Атлантический океан отделен от Тихого узким перешейком земли, что нашло свое отражение в ряде карт, вычерченных в годы, немедленно последовавшие за его открытием.

В эти годы в поисках более короткого и удобного пути, чем тот, которым плыл Магеллан, на сцену выступают испанские путешественники. Карл V послал Эстевана Гомеса с поручением «отправиться и открыть Восточный Катай… где вы произведете открытия вплоть до наших Молуккских островов, целиком лежащих в пределах нашей сферы влияния». Экспедиция Гомеса была осуществлена в 1524–1525 гг., и хотя точный путь ее неизвестен, ясно, что она не сделала ни одного важного открытия.

В мае 1527 г. два судна под командованием Джона Рата (Rut) вышли из устья Темзы «искать новые страны». Их открытия известны из напечатанного в сборнике путешествий Перчеса письма, в котором говорится, что суда «заплыли до 53° северной широты, где нашли множество ледяных островов», дальше продвинуться не смогли и вошли «в хорошую гавань, называемую Сент-Джон», где застали французские и португальские рыболовные суда. Никакого значения это путешествие не имело.

Рыбачьи суда продолжали посещать воды вокруг устья реки Св. Лаврентия, но до 1534 г., когда в этот район прибыл Жак Картье, не было сделано ни одного важного открытия; или, быть может, правильнее сказать — ни одно крупное открытие не стало достоянием гласности. В особенности не верится, будто такой огромной ширины пролив, известный под названием Каботова, мог оставаться неизвестным и будто его открыл лишь сам Картье, притом с запада.

Картье отплыл из Сен-Мало 20 апреля 1534 г. и 10 мая достиг мыса Бонависта на Ньюфаундленде. Задержавшись здесь из-за льдов на десять дней, Картье, в конце концов, пробился вдоль побережья ко входу в пролив Бель-Иль, где был опять остановлен льдами. Отплыв вновь 9 июня, Картье изучил побережье у входа в пролив как со стороны Ньюфаундленда, так и с противоположной, лабрадорской стороны. После этого, пройдя пролив, он подробно изучил побережье Лабрадора и весь западный берег Ньюфаундленда, отмечая со значительной точностью всякого рода полезные для штурманов и рыбаков подробности и открывая много нужных гаваней. Лабрадор он расценил довольно низко: «Если бы земля была так же хороша, как гавани,— писал он,— она была бы благословением божьим; на самом же деле она не заслуживает даже самого названия земли, до того она покрыта камнями и высокими обрывистыми скалами; объехав все северное побережье, я так и не увидел хотя бы одного воза земли, а я высаживался во многих местах». Пройдя мимо ряда мелких островов и группы островов Магдалены до острова Принца Эдуарда, он обнаружил, что последний «изобиловал всем, кроме гаваней», так что ему не удалось высадиться на берег и воспользоваться его благами. Он пересек то, что называл заливом и что было на самом деле Нортумберлендским проливом, и вновь достиг материка, на этот раз у мыса Эскюминак. К этому времени Картье начал было серьезно надеяться, что ему удастся совершить важное открытие, поскольку, дойдя до бухты Шалер, он обнаружил какое-то большое устье, «которое, судя по его глубине и ширине и по изменению в характере береговой линии, могло, как мы уповали, оказаться проливом». Тщательное изучение залива показало, однако, что из него не было второго выхода, и поэтому Картье вновь принялся за изучение побережья. Наконец он достиг острова Антикости. Проход между южным концом острова и полуостровом Гаспе он ошибочно принял за залив. Картье проследовал далее по его южному берегу, обогнул восточный мыс и обследовал проход с северной стороны, с целью выяснить, представляет ли он собой залив или пролив. Зайдя в самую узкую часть прохода, он обнаружил, что проход вновь расширяется, но течение было настолько сильным, что дальше продвинуться он не смог. В этот момент совет капитанов, кормчих, боцманов и матросов «крупным большинством голосов постановил вернуться на родину»; 5 сентября экспедиция вернулась в Сен-Мало.

В 1535 г. Картье совершил свое второе путешествие — «по приказу и желанию всехристианнейшего короля Франции Франциска I, для завершения открытия западных стран, лежащих в том же климате и под той же широтой, что и владения королевства означенного государя, и исследование которых было начато по его приказу». Картье отплыл из Сен-Мало 19 мая, проследовал в начале июля через пролив Бель-Иль, а 17 августа достиг устья реки Св. Лаврентия, где он прервал свое первое путешествие и повернул обратно. Индейцы заверили его, что по мере приближения к Канаде река сужается, что выше по течению вода становится пресной, а вверх по реке можно плыть так долго, что нет человека, «который достиг бы ее истоков». Некоторое время Картье, однако же, затратил на ознакомление с восточным берегом и лишь 24 августа отправился в плавание вверх по реке. К 7 сентября он достиг острова Орлеан, а неделей позже суда остановились на реке Сен-Шарль вблизи индейской деревни Стадакона. Местность произвела на французов большое впечатление, и они писали, что «она не уступает никакой другой, очень плодородна и покрыта великолепными деревьями тех же пород, что и во Франции».

Картье поплыл дальше на одном трехмачтовом парусном судне и двух баркасах по направлению к селению Ошлага, о котором до него дошли слухи. «Во время плавания,— говорится в отчете,— мы все время имели перед глазами местность настолько приятную, а поверхность такую ровную, что лучшего и пожелать нельзя было». 2 октября французы достигли селения Ошлага, «прилегавшего к горе, плодородные склоны которой были обработаны и с вершины которой открывался вид на большое расстояние. Мы назвали эту гору Королевской» (Mont Royal — ныне Монреаль).

Несколько позже они взошли на вершину горы, откуда, согласно их описанию, «можно было видеть кругом на тридцать лье. На севере мы увидели одну гряду гор, тянувшуюся в направлении с востока на запад, на юге — другую. Между этими горными хребтами лежит лучшая земля, какую только можно вообразить,— пригодная для обработки, ровная и плоская. А среди этой плоской земли видна река, простиравшаяся за ту местность, где мы оставили наши баркасы. В этом месте течение реки прерывается необыкновенно крутыми порогами, которые нам не удалось преодолеть».

Собрав по возможности больше сведений о реке, порогах Ла-Шин и о других путях сообщения, как, например, реке Оттаве, французы вернулись вниз по течению до реки Сен-Шарль, где и перезимовали. В декабре среди них вспыхнула эпидемия цынги, и к февралю следующего года во всем отряде не набралось бы и десятка здоровых людей. К счастью, Картье услышал от одного индейца о местном лекарстве от цынги — настое из хвои дерева, которое индейцы называли аннедда, а американцы теперь зовут хемлок. После некоторого колебания больные согласились испытать это лекарство, и оно оказалось до того целительным, что они «чуть не поубивали друг друга в свалке за то, кому первому пить его».

В мае 1536 г. суда снялись со своей зимней стоянки и прошли к югу от острова Антикости к острову Кап-Бретон и далее, поперек входа в пролив Кабота к острову Ньюфаундленд, а затем вдоль южного его побережья до мыса Рейс; 16 июня путешественники вновь бросили якорь в Сен-Мало во Франции.

В 1541 г. Картье совершил свое третье путешествие, целью которого было «сделать большие открытия, чем в предыдущие путешествия, и (если удастся) ознакомиться со страной Сагенэ», где имеются «большие богатства». Флотилия Картье вышла на запад 23 мая 1541 г. и через три месяца достигла реки Сен-Шарль. Последующая за этим попытка подняться вверх по течению реки Св. Лаврентия кончилась неудачей, и это путешествие ничего не дало географической науке.

Труд Картье на этом был закончен. Он совершил работу величайшей ценности, свидетельством чего являются составленные на основании результатов его путешествия географические карты того времени. Если его попытка добраться до Китая и окончилась неудачей, а его сообщения о богатых странах за порогами не подтвердились, все же он открыл ту плодородную низменность реки Св. Лаврентия, на которой спустя полстолетия французы основали свое новое крупное заокеанское владение.

Предыдущая | Оглавление | Следующая