Спор, дебаты, полемика, дискуссия №2

Следующее событие: президент Боснии, премьер-министр и несколько политиков посетили место раскопок. Эти визиты дали повод некоторым критикам обвинять боснийское правительство в стремлении создать пирамиду из природного холма, чтобы страна стала заметнее на мировой туристической карте. Коротко говоря, критики обвинили правительство этой балканской страны в том, что оно поддерживает археологическое жульничество. Подобные подозрения, на наш взгляд, должны классифицироваться как попытка создания «теории заговора», а вовсе не как «научное мнение». Чтобы подтвердить или опровергнуть эти сомнения, требовалось какое-то экстраординарное доказательство, к которому критики оказались не готовы… абсолютно.

Следующее: 1 июня 2006 г. начались раскопки пирамиды Луны. И так же, как и у ее «родной сестры» по соседству, там на глубине всего лишь 40-80 см практически сразу были обнаружены каменные блоки и плиты (толщиной 15 см), очевидно, являвшиеся частью «тротуара».

Следующее: египетский геолог д-р Алу Абд Баракат посетил два места раскопок на северной и восточной части пирамиды. Он пришел к выводу, что блоки, найденные на восточной части сооружения, очень напоминают те, из которых сложены египетские пирамиды: они так же обработаны и, несомненно, изготовлены руками человека. Баракат утверждает, что древние египтяне полировали каменные глыбы для того, чтобы они отражали солнечный свет, и предположил, что, возможно, и строители боснийской пирамиды пытались добиться того же эффекта. Если это так, тогда в Високо мы действительно имеем дело с «пирамидой Солнца». Баракат также согласился с мнением, что каменные блоки размером 4x1,5 м были доставлены в долину из другого места. Совершенно очевидно, что глыбы из песчаника были вырублены в каком-то карьере, правда, ни у кого нет уверенности, в каком именно. Ближайшие карьеры располагаются поблизости от реки Неретвы (в Герцеговине), что заставляет вновь предположить, что некоторые строительные материалы для сооружения пирамиды доставлялись издалека.

Изучая место раскопок на северной части пирамиды, Баракат пришел к выводу, что и тут каменные блоки имеют искусственное происхождение, при этом для производства блоков применялись, по всей видимости, особые формы и какой-то состав наподобие примитивного «бетона». Ученый обратил внимание на белую полоску между блоками толщиной в полсантиметра и предположил, что эта похожая на цемент субстанция использовалась для того, чтобы скреплять каменную кладку. В конце концов Баракат посетил и место третьего раскопа, находившееся у подножия холма в Плещевице, где также заключил, что ступени, образующие стороны пирамиды, тоже имеют искусственное происхождение, как и большое количество симметрично расположенных каменных глыб метрах в двадцати выше места раскопок.

Баракат еще не успел покинуть Боснию, как его атаковали критики. Причем напали они именно на него, а не на его выводы. В определенных кругах стали высказываться сомнения, «действительно ли он настоящий специалист по геологии» и « имеет ли он соответствующие научные рекомендации». Стоит ли говорить, насколько отвратительны и оскорбительны подобные вопросы! При этом, когда кто-то заявлял, будто он «не уверен, что Баракат располагает соответствующими научными рекомендациями», само собой подразумевалось, что египетский ученый, естественно, их не имеет, тогда как проблема заключается лишь в том, что на самом деле этому критику совсем нет никакого дела до каких-либо «рекомендаций». Словом, такие люди, как Османагич и Баракат, подвергались грубым унизительным нападкам, однако никто не пытался вступать с ними в дискуссию по поводу их находок.

Враждебное отношение к изысканиям в районе Високо достигло своего апогея 8 июня 2006 г., когда профессор Энтони Хардинг, шестью неделями ранее опубликовавший письмо в «Таймс», очевидно, приехал на место раскопок. Я употребил слово «очевидно», поскольку во время этого посещения его в Високо никто не видел и с ним не разговаривал. Однако уже 10 июня Хардинг выступил в средствах массовой информации. Он во всеуслышание заявил, что побывал на месте работ и «категорически отрицает утверждения о том, что холм в Центральной Боснии является рукотворным сооружением, которое местные жители упорно называют пирамидой». «Никаких доказательств этому не найдено», - заявил он. Далее профессор сообщил, что «в Европе неизвестно о существовании пирамид и не существует никаких письменных источников, подтверждающих, что какие-то цивилизации на нашем континенте когда-либо пытались построить что-нибудь подобное». Конечно, это абсолютно неверно. Нам достаточно вспомнить только греческие пирамиды, чтобы убедиться в том, что Хардинг ошибается. Далее профессор заявил, что очень «недолго» побыл на месте раскопок и «посмотрел на камни, про которые Баракат говорил, будто они изготовлены вручную». Хардинг определил их как «природные образования». «Я видел это место, - сказал он. - По моему мнению, это полностью природный холм». Его «мнение» было растиражировано по всему миру, однако вместе с тем ведущие ученые, занятые изучением пирамиды в Боснии, сообщили о том, что им ничего не известно о посещении долины профессором Хардингом. Он не представился во время этого своего визита и, таким образом, не получал специального допуска, чтобы рассмотреть с близкого расстояния место раскопок. К тому же он сам заявил, что находился там «недолго» . Более того, Хардинг не посещал другие места этой долины, не осматривал каменные дорожки, не видел тоннелей. Вскоре стало известно, что профессор вообще провел там не более пятнадцати минут между девятью и десятью часами вечера! Однако это не удержало его от следующего безапелляционного заявления: не видев каменной дорожки длиной более 400 м, глядя на одну только фотографию, он сказал: «Я бы не стал называть это археологическим памятником. Для меня это выглядит как естественная каменная тропа».

Получилась сущая нелепица: с одной стороны - ученый, который «недолго» находился в районе, где ведутся исследования, и провел там намного меньше времени, чем 10 000 туристов, которые каждый уик-энд приезжают в долину Височице, так вот, этот ученый утверждает, что холм имеет естественную природу. В противоположном углу ринга - геолог, который буквально облазил всю округу и не «недолго», а очень пристально осмотрел находки, говорит о том, что мы имеем дело с рукотворным чудом. В связи с этим следует добавить, что Хардингу еще больше не повезло из-за того, что Османагича в момент его визита не оказалось в Боснии. Поэтому прокомментировать поведение своего коллеги пришлось руководителю раскопок и «настоящему ученому» Марио Геруччи. Несмотря на то что Хардинг говорил об Османагиче, что тот «не ученый», а Баракат, «возможно, не геолог», ответ Геруччи был предельно ясен: «Мнение, которое озвучил в прессе Хардинг, выдает его неосведомленность и нежелание вести диалог с его коллегами учеными, работающими в долине». После этого представители прессы, наконец, сообразили, что Хардинг, скорее всего, просто сводит личные счеты. Для того чтобы найти ответ на вопрос, кто же все-таки прав, газеты рассказали о том, как за несколько дней до визита англичанина в Високо приезжал ректор Итальянского университета Лумучи в Риме д-р Дарио Андретта - известный геолог и специалист по литологии. Визит итальянского ученого состоялся в рамках сотрудничества с Университетом Зеники. Пресса сообщила, что «в сопровождении руководителя проекта госпожи Нукич […] Андретта осмотрел пробуренные шахты. Они обсудили и проанализировали увиденное и сделанные находки и пришли к выводам, которые вытекают из научных методик».

Андретта задействовал соответствующие каналы в научных кругах, побеседовал с археологами, которые вели раскопки в долине, и согласился с их выводами: ученые имеют дело с рукотворным сооружением. Таким образом, победа, похоже, осталась за сторонниками версии об искусственном происхождении холма в Височице. Она оказалась тем более убедительной, после того как Андретта заявил, что после возвращения в Италию поставит перед итальянским правительством вопрос об инвестициях в данный проект с целью дальнейшего взаимодействия в научных работах и получения необходимых средств для продолжения исследований. Он также пообещал созвать международную научную конференцию для того, чтобы объединить опытных специалистов для работы над настоящим и будущим проектами. И, наконец, Андретта принял приглашение Фонда возглавить геологический комитет. Он заявил: «По моему глубочайшему убеждению, то, что мы должны сделать, имеет огромное значение для сегодняшних исследований. Мы уверены, что данное открытие вызывает огромный интерес в поле деятельности геологов и археологов. Обнаруженные здесь различные […] сооружения - дело рук человеческих. Наше первое впечатление - данные сооружения очень хорошо спроектированы и адаптированы к морфологии конкретной геологической зоны. В настоящий момент у нас нет указаний на то, как именно были построены эти сооружения, какой цивилизации они принадлежали и для каких целей предназначались. Однако у нас имеется очень важная отправная точка для продолжения глубоких исследований». По-моему, это было то самое «авторитетное научное мнение», об отсутствии которого так сокрушаются критики Османагича. Однако если вы думаете, что Хардинг действует против Османагича в одиночку, то вы глубоко ошибаетесь… Человек по имени Марк Роуз напал на открытие в Боснии с ненавистью, граничащей с подлостью. Он постоянно отзывается о предмете нашего разговора не иначе, как «эта история о боснийской пирамиде времен ледникового периода» и был приглашен Османагичем лично посетить место раскопок и убедиться в том, что там происходит. Однако Роуз, похоже, и не собирался это приглашение принимать. Ему как-то заметили, что, даже несмотря на то что Османагич говорил об атлантах, это ни в коей мере не может быть использовано против него, поскольку сам исследователь никогда не считал, что возраст пирамиды может составлять более 10 000 лет. В ответ Роуз сделал отчаянную попытку (заметим, безуспешную) разыскать свидетельства того, что босниец утверждал именно это. В одном из своих выступлений он заявил: «Мы до сих пор ожидаем каких-либо весомых доказательств того, что эти холмы […] датируются концом эпохи оледенения…» - и далее: «Пока же основное бремя доказательств взяли на себя те, кто утверждает подобное». В данном случае перед нами совершенно четкий пример того, как человек пытается затеять дискуссию ради нее самой, да еще и предлагает себя на роль главного арбитра в ней. Конечно, любой может предложить дискуссию (и так, как Роуз, поступают многие), но все это так печально…

Можно привести и еще один пример отношения Роуза к исследованиям. Уже в начале июня 2006 г. он начал интересоваться «подробным отчетом» о ходе раскопок. А между тем археологи известны как раз тем, что на составление отчетов о раскопках у них уходит и год, и два (это в лучшем случае!), а порой для этого может потребоваться и лет двадцать. Однако Роуз и те, кто думает так же, как он, по прошествии всего пары месяцев - то есть еще и половина сезона не прошла! - начали сокрушаться о том, что «отчеты» не готовы. Впрочем, отдадим Роузу должное: другие критики через шесть недель после начала исследований пожелали увидеть «детальную карту» всего комплекса - и это при том, что на составление подобной карты плато в Гизе египтологам понадобилось более десяти лет! То ли время в Египте движется медленнее, чем в Боснии, то ли мы тут, похоже, имеем дело с двойными стандартами.

А свистопляска вокруг раскопок все продолжается. 12 июня агентство «Франс-пресс» сообщило, что, «как сказал Баракат, он направил отчет об исследованиях, проведенных в Боснии, одному из ведущих в мире египтологов Захи Хавассу, и тот рекомендовал ему возглавить археологические раскопки». Роуз по этому поводу дал свой комментарий: «Я не имел возможности ознакомиться с рекомендациями, которые дал Хавасс». Несомненно, в данном случае это вина и проблема одного Роуза, однако известие о том, что ему не удалось «ознакомиться с рекомендациями», он немедленно вставил в свою статью, очевидно, стремясь подвергнуть сомнению слова Бараката. Но дальше - больше: «Так, археолог Хардинг утверждает, что холм имеет естественное происхождение. А Баракат - видимо, геолог, знакомый с пирамидами, - называет его "примитивной пирамидой"». Как вам понравится это «видимо, геолог»?! Можно только предполагать, что случилось бы, напиши кто-нибудь нечто вроде: «Так, Хардинг - очевидно, археолог, который обычно раскапывал стоянки бронзового века, но никогда не работал с пирамидами, - заявляет, что холм имеет естественное происхождение. Тогда как Баракат - геолог, знакомый с комплексами египетских пирамид и с различными природными горными породами, - утверждает, что в Боснии мы имеем дело с рукотворным сооружением».

Еще один удар сторонникам «природного происхождения» холма в Височице пришлось вынести, когда на место раскопок прибыла другая группа ученых и специалистов, направленных туда федеральным министерством культуры с целью проверить, не наносится ли в ходе работ ущерб тому самому «средневековому городу». В составе этой делегации находилась д-р Зилка Кужундич-Вейзагич, один из главных оппонентов Османагича. После пребывания на комплексе в Високо Кужундич-Вейзагич заявила следующее: «Работы, которые проводятся фондом «Археологический парк: Боснийская пирамида Солнца», не нанесли никакого ущерба [археологическому памятнику], и новые раскопки [в настоящее время] не нарушают целостность средневекового памятника». Так противники Османагича лишились очередного оружия, которое они планировали использовать против него.

Предыдущая | Оглавление | Следующая