Бугенвиль. Открытия в архипелаге Туамоту и в морях Меланезии

Одновременно с Уоллисом и Картеретом в Тихий океан вторгся французский мореплаватель Луи Антуан де Бугенвиль (о нем уже упоминалось ранее в связи с англо-французской борьбой за Фолклендские острова). Бугенвиль в 1765 г. вынужден был эвакуировать основанную им на этих островах колонию.

Луи Антуан де Бугенвиль

Он возвратился во Францию как раз в то время, когда в Париже приступили к разработке проектов широкой экспансии в Тихом океане. Франция с 1733 г. была теснейшим образом связана с Испанией, и обе эти державы вели и в Европе, и за ее пределами совместную борьбу с Англией. Шуазель, потерпев поражение при попытке овладеть Фолклендскими островами, совместно с Бугенвилем наметил такой план вторжения в Тихий океан, который сулил Франции значительные преимущества. Решено было использовать базы в испанских колониях в Америке, и Бугенвиль отправился в Испанию для соответствующих дипломатических переговоров. Весной 1766 г. он заручился в Мадриде необходимой поддержкой и сразу же приступил к снаряжению экспедиции.

Экспедиция эта должна была обследовать моря и земли между западными берегами Южной Америки и Ост-Индией, найти там надежные опорные базы и отыскать неуловимую Южную Землю Святого духа, опередив во всех этих поисках британских конкурентов.

Бугенвиль не был моряком по профессии. В юности он изучал юридические науки и одновременно под руководством знаменитого французского математика д'Аламбера осваивал точные науки. В 1752 г. в возрасте двадцати трех лет он завершил «Трактат об интегральном исчислении», который получил высокую оценку в ученом мире. В следующем, 1753 г. он сменил мантию адвоката на мундир королевского мушкетера. Подобно Арамису он был мушкетером-дипломатом и в 1755 г. накануне Семилетней войны появился в Лондоне в качестве секретаря французского посольства. В Англии его математические труды получили столь высокую оценку, что Королевское общество приняло его в свои ряды. В годы Семилетней войны Бугенвиль отлично зарекомендовал себя на полях сражений в Канаде. Солдат и ученый, дипломат и юрист, он придал своей экспедиции в Южные моря характер широко задуманного научного предприятия. В ее состав вошел выдающийся ботаник Филибер Коммерсон. Намечен был план исследований магнитных явлений, приливных течений и ветров. В ходе экспедиции нужно было составить серию точных карт Магелланова пролива и ряда тихоокеанских островов. Бугенвиль описал свое плавание в книге «Кругосветное путешествие на фрегате «Будёз» и транспорте «Этуаль», которая заслуженно признается одним из наиболее выдающихся произведений географической литературы XVIII в.

Бугенвиль вышел из Сен-Мало в ноябре 1766 г. на фрегате «Будёз». Он прибыл в Буэнос-Айрес и оттуда с двумя испанскими судами направился к Фолклендским островам. Затем проследовал в Рио-де-Жанейро, где его ждало транспортное судно «Этуаль». В июле 1767 г. Бугенвиль покинул Рио-де-Жанейро и в январе 1768 г. через Магелланов пролив проследовал в Тихий океан.

По тому же пути, что и Уоллис, Бугенвиль прошел через архипелаг Туамоту, где с 22 марта по 26 марта 1768 г. открыл атоллы Вахитахи, Акиаки, Хикуэру и Хараики (острова Катр Фокардин, Лансье и Арф на картах Бугенвиля). 2 апреля Бугенвиль ввел свои корабли в бухту, расположенную на северо-восточном берегу Таити, а 15 апреля он отправился в дальнейший путь, предварительно объявив остров французским владением. Этот акт он, однако, совершил на девять месяцев позже Уоллиса. Он взял с собой таитянина Ахутору, брата местного вождя, который побывал затем во Франции и умер на обратном пути к берегам своей родины.

На Бугенвиля и его спутников остров Таити произвел потрясающее впечатление. Коммерсон, современник и единомышленник Жан-Жака Руссо, писал: «Остров этот предстал предо мною в таком свете, что я назвал его Утопией или Страной счастливых, то есть так, как окрестил свою идеальную республику Томас Мор… Рожденные под прекраснейшим небом, вскормленные плодами несметно богатой земли, которая щедра, даже не будучи возделанной, управляемые скорее отцами семейства, чем королями, жители этой страны знают одного только бога, и имя ему Любовь».

Бугенвиль гораздо суше и трезвее оценил уклад жизни этой «Страны счастливых». «Различие в рангах, в общественном положении и жестокое неравенство,— писал он,— глубоко укоренились на Таити». Но его, так же как и Коммерсона, очаровала красота этого утопающего в зелени острова, «прелесть которого художнику никогда не удастся передать кистью». Жилища и каноэ таитян, их мореходные навыки вызвали у Бугенвиля искреннее восхищение.

Следуя от Таити на запад, Бугенвиль попал на острова Мануа и Тутуила в архипелаге Самоа, открытом в 1722 г. Роггевеном. Покинув Самоа (Бугенвиль назвал эти острова архипелагом Мореплавателей), экспедиция направилась на запад по маршруту Кироса и открыла 22—23 мая 1768 г. восточнее Земли Святого духа Кироса четыре небольших острова: Меро-Лава, Аоба. Пентекост и Маэво (они соответственно получили название Пик-Этуаль, Орор, Пентекост и Лепре). Три дня спустя корабли подошли к гористой земле, которую Бугенвиль справедливо счел Землей Святого духа. Но по ряду признаков можно было заключить, что она представляет собой не часть материка, а остров. Всю совокупность островов, открытых 22—27 мая на 14—15° ю.ш. и 168—169° в.д., Бугенвиль назвал архипелагом Больших Киклад. «Мы,— писал Бугенвиль,— конечно, имели все основания полагать, что южная часть Земли Святого духа есть не что иное, как архипелаг Больших Киклад (или Циклад), который Кирос принял за материк и описал в романтическом духе».

Чтобы удостовериться в островном положении Земли Святого духа, Бугенвиль направился на запад вдоль 15° ю.ш. Оказалось, что к западу от Больших Киклад простирается открытое море. Бугенвиль шел в этих водах с 29 мая по 6 июня. Однако на 150° в.д. дальнейшее продвижение на запад оказалось невозможным из-за мелей. Бугенвиль подошел к банке, лежащей близ внешней стороны Большого Барьерного рифа. Он назвал ее мелью Диана. От этой банки Бугенвиль направился на север к Новой Гвинее. Хотя он не мог пробиться через Большой Барьерный риф и, следовательно, не дошел до восточных берегов Новой Голландии, в результате его открытия стало очевидно, что эта огромная земля простирается на восток отнюдь не так далеко, как то представлялось ранее географам. Обойдя юго-восточную оконечность Новой Гвинеи, Бугенвиль к востоку от нее открыл густую россыпь мелких островков и атоллов, которую назвал в честь Людовика XV архипелагом Луизиада. К северо-востоку от них он отыскал открытые Менданьей Соломоновы острова. Это было очень существенное открытие. Бугенвиль и Картерет положили на карту мира острова, споры о которых велись географами два столетия. Это вторичное открытие было одним из наиболее выдающихся достижений обеих экспедиций — французской и английской. Бугенвиль прошел между двумя островами этого архипелага — Бугенвиль и Шуазель, через пролив, впоследствии названный его именем, и, обогнув Новую Ирландию, вышел в середине августа 1768 г. к северному берегу Новой Гвинеи на 141° в.д. Затем он направился к острову Буру (Молуккские острова), где дал отдых команде. 28 сентября он прибыл в Батавию, а затем направился к острову Маврикия и, следуя мимо мыса Доброй Надежды, 16 марта 1769 г. возвратился во Францию. В Атлантическом океане суда экспедиции нагнали корабль Картерета, но, только возвратившись на родину, Бугенвиль узнал, что в морях, омывающих Новую Гвинею, он во многих местах шел по следам своего английского соперника.

Корабли Бугенвиля были первыми французскими судами, совершившими кругосветное плавание. Следует отметить, что по своим результатам французская экспедиция превосходит все три британских кругосветных плавания — Байрона, Уоллиса и Картерета, предпринятые в 1764—1769 гг. Бугенвиль открыл ряд островов в архипелаге Туамоту, вторично (вслед за Роггевеном) совершил открытие островов Самоа, открыл архипелаг Больших Киклад, который, как вскоре выяснилось, был частью большого архипелага Новых Гебрид, и подорвал концепцию киросского Южного материка. Он открыл к западу от Новых Гебрид мель Диану и архипелаг Луизиада, острова Бугенвиль, Бука и Шуазель в группе Соломоновых островов, честь вторичного открытия которых он разделяет с Картеретом. Он обследовал берег Новой Британии и впервые положил на карту ряд островов в Новогвинейском море, в частности острова Ниниго, которые впервые открыты были, видимо, Ортисом де Ретесом в 1545 г. Бугенвиль вышел в плавание, полностью разделяя взгляды сторонников теории Южного материка. Но по возвращении во Францию он нанес жестокий удар умозрительным географам. «География,— писал он,— наука фактов. Дух системы, не выходящий из стен кабинета, не может ничего дать, не впадая в грубейшие ошибки…» «Я,— говорил он,— путешественник и моряк, то есть лгун и глупец в глазах той клики ленивых и надменных писателей, которые в тиши своих кабинетов бесконечно философствуют о мире и его обитателях и упорно пытаются подчинить природу своим вымыслам».

Предыдущая | Оглавление | Следующая